Философские аспекты цифрового прототипирования

Автор: Ярославцева Е.И.

Текст доклада представлен в авторской редакции.

Аннотация:

Цифровые технологии позволяют человеку воспроизводить – прототипировать практически все – от объектов до процессов, создавая комплексные среды с новыми характеристиками, где комбинируются и реальные, и виртуальные процессы. Они по существу показывают сложность возникающих сетевых пространств, а значит, и уход от простых, линейных решений, автоматического перенесения какого-либо опыта на устоявшиеся коммуникативные реальности. Неизбежно усложнение прогноза перспектив, появляется необходимость создания новых исследовательских инструментов. Номадизм, кочевничество современного цифрового типа собственно разветвляет проблему: таким субъектом может быть и историческое кочующее сообщество, и индивид, решивший в путешествиях подучиться. Как субъект, каждый из них создает свою собственную реальность, дополненную цифровыми модулями, которые просто прилагаются к реальности естественной, природной, но в принципе создают иное измерение, задают новые параметры существования. И каждому из этих субъектов необходимо освоить эти параметры, практически реализовать их в новых формах поведения. «Цифровой кочевник» в близком нам советском социально-образовательном опыте – прототип студента-заочника, стремившегося получить образование и профессиональный статус нередко уже имея соответствующую область деятельности. Живя вдали от желаемого вуза, он, стремясь освоить его программы и получить диплом, готов был тратить силы на длительные поездки. Современный студент конкретнее – он хочет эффективно сгенерировать свое будущее. Безграничность, как кажется, своих возможностей он желал бы конвертировать в ресурсы, обеспечивающие жизнь. Возможно, что он внимательно поглядывает в сторону теорий искусственного интеллекта, желая практически активировать и этот потенциал: расширив возможности своих сенсорных систем, переложить на ИИ часть задач собственной жизни.

Ключевые слова: прототипирование, объекты, системы, процессы коммуникации, номады, кочевники, цифровая среда, аборигены, дистанционное образование, сетевые ресурсы, профессионализм, компетенции.




В Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ) в рамках образовательного пространства значительное внимание уделяется интеграции традиционного культурного пространства и новых технологий. Здесь формируется междисциплинарное историко-перспективное мышление студента, который может обратиться и к объектам музея им. И.В.Цветаева, собранных в 19 веке именно для обучения студентов [1]. Кочевничество, которое является традицией с большой историей входит в формат нашего осмысления и это не противоречит новым технологиям, развивающимся сегодня в обществе. Много сегодня работ, сделанных в формате прототипирования, основой для которых служат классические музейные объекты. В МИНОТ в технике цифрового прототипирования сделаны также объекты на основе рисунков Леонардо да Винчи, вполне корректно переведенные в цифровой формат и развитые до трехмерных объектов.

Думается, прототипирование как технология все более широко раскрывает свои возможности. Особенно интересными кажутся философские аспекты этой профессиональной производственной деятельности. Они как раз позволяют увидеть различия даже на самых ранних этапах зарождения точки качественного разветвления возможностей, перспектив развития, когда накопилось достаточно признаков, позволяющих сделать обобщение. Например, принтеры, сканеры и другие уже рутинные технологии есть системы воспроизведения, по существу прототипирование плоских объектов. И все к этому вполне адаптированы и очень активно используют, с интересом ожидая новых возможностей со-здания искусственных, но близких к аналогу форм.

Вопросы прототипирования интересны сегодня уже и тем, что при активном использовании цифровых технологий, расширении коммуникативного поля, сетевых систем, которые развиваются сегодня в социуме, можно говорить и о новом формате социальной реальности. Виртуальные коммуникации тоже можно рассмотреть как прототипированные с помощью цифровых технологий социальные пространства. Особенно ярко это проявляет себя в образовании, поскольку оно решает существенные задачи воспроизводства общества, его ресурсов. Предметом внимания, а так же объектом краткого исследования в нашем дистанционном, замечу, обсуждении являются социальные группы, живущие не в городских конгломератах, а в условиях кочевья, осваивающие в своей хозяйственной деятельности значительные территории и создающие ресурсы для воспроизводства своей жизни. Что будет происходить с ними, их образованием, когда в полной мере освоят цифровые системы коммуникации?

Показательно то, что мы видели в предыдущем докладе, где в формате распределен-ной виртуальной студии на основе новейшего цифрового аппаратного комплекса был в краткой форме показан образовательный курс, в котором в полной мере использовано то, что сегодня возможно делать в стереоскопическом формате, в трехмерной реальности. В ролике МИНОТ РГГУ, который создан моими коллегами Сергеем Викторовичем Кувшиновым, Константином Викторовичем Хариным [2], проявляется как в образовательном продукте множество аспектов рассматриваемой проблемы прототипирования. В определенном смысле, формируется актуальная тематика, которая требует внимательных и подготовленных исследователей.
С точки зрения образовательной коммуникации, где в коммуникативной паре осуществляются партнерские взаимоотношения «педагог – студент» [3], в данном случае осуществляются предельно дистанцированные связи. Студент в этом случае видит не просто запись лекции, что уже вполне привычно, но наблюдает манипуляции с виртуальными объектами, что было подготовлено в очень сложной технической среде, с которой студент не знаком, и, соответственно, не мог в какой-либо мере участвовать в демонстрируемом процессе. Образовательное решение как бы пошло навстречу современной молодой аудитории, показав, безусловно, интереснейшие методические находки, когда молодой человек мог бы, находясь в привычном виртуальном формате компьютерной игры, перейти в адекватное его сенсорным системам образовательное пространство и осваивать учебный материал.

Подобный методический формат образовательного процесса, безусловно, имеет перспективы, поскольку компьютерные игры и тренинги сенсорных способностей все больше становятся повседневной практикой. В комплексе образовательных продуктов он является эффективным дополнением к существующим образовательным программам. Однако педагогам предстоит учесть и особенности другой стороны коммуникативной пары – учащихся, студентов, а именно то, чего они про себя уловить не могут.

В традиционной системе всякий учащийся работает в аудитории, достаточно непосредственно включаясь в процесс: он пишет лекцию, пусть даже на ноутбуке, активируется, отвечая на риторические, а иной раз и непосредственные вопросы лектора. Истины ради, надо заметить, что такая практика все более угасает – не всякий студент на лекции трудится, многие реализуют себя в общении. Творческие находки сегодня связаны с тем, чтобы увлечь студентов материалом, новыми интересными формами его подачи, что сегодня вполне позволяют делать компьютерные мультимедийные технологии.

Однако для некоторых образовательный, а точнее, самообразовательный труд превращается в отдых потребителя интересного контента. В дистанционных, и особенно в визуальных технологиях студенту предоставляется возможность быть наблюдателем. Он все меньше является непосредственным участником урока, многое для него остается за кадром, не требует никакого напряжения. Неизбежно происходит отчуждение от работы с материалом. Такой студент все больше превращается в некомпетентного наблюдателя, который смотрит, но не видит.

Подобная исключённость из образовательной практики несет определенные риски: ослабление повседневной психофизиологической тренировки, которой ранее не уделялось большого внимания. Такая пониженная включенность отдельных сенсорных систем вызывает много вопросов, и педагогическое сообщество занимаемся изучением возникающих проблем, ставит задачи по их решению.
Формат аборигена
Современные молодые люди, которые с этими ситуациями знакомы, часто не понимают, чем озабочены взрослые. Многие уже родились в среде, где технологии непрерывно обновляются, и не только привыкли к такой динамике, но даже запрашивают её. Их можно назвать аборигенами. Возможно, им кажется, что педагоги и ученые говорят о надуманных проблемах. Поскольку подрастающее поколение, находясь внутри ситуации, не ощущает различий между опытом докомпьютерной жизни и жизни в цифровом пространстве, то оно не видит этих сложностей, поскольку уровень их интеллектуального, критического развития для этого совершенно недостаточен. Аборигены могут удивиться, зачем объяснять, как это работает и какие существуют риски – ведь все чрезвычайно интересно и увлекательно. Многим кажется, что это не имеет смысла.

Более того, молодым нередко кажется, что именно погружение человека в новое виртуальное пространство и есть движение в будущее, открытие увлекательных перспектив. Он стремится находиться на переднем крае современных достижений, не ощущая иногда, что в определенном смысле эта же возможность оказывается периферией, весьма удаленной от базовых характеристик устойчивости человека. По существу, человек ослабляет свою психофизиологическую связь с реальностью, а точнее говоря, могут быть потеряны зачатки потенций, которые связаны с психофизиологической зрелостью человека, основаны на его коммуникациях с естественной природой.

В этом смысле, взрослые, как родители, так и педагоги, являются компетентными людьми, освоившими изначальную базовую среду жизни человека, и сегодня становятся фактически экспертами новых развивающихся технологий. Но не с точки зрения правильности решений, а с позиций экологии человека, которая требует сохранения потенциала развивающейся личности[4].

Поэтому при обращении к теме «Цифровых кочевников …», можно выделить множество вопросов как культурного, так и теоретико-понятийного характера, когда точность определения предмета позволяет выявить цели и постановку задач [5]. Невозможно обойти вниманием современные смысловые переклички, которые возникают между традиционным типом расселения и хозяйственного трафика народов, и возрастанием динамичности современного социума, осваивающего цифровые технологии. Происходит стремительное расширение и в каком-то смысле «номадизация» социальной среды. Кроме древних культурных трафиков существуют и другие хозяйственные группы, вахтовики, военные и пр. группы, выполняющие производственные задачи в экологически некомфортных и рискованных зонах. С неизбежностью будут продолжать формироваться и устойчивые космические трудовые коллективы, которые будут демонстрировать еще более фантастические форматы динамичности, создавать новые нормативы культурного, как правило, интернационального взаимодействия. Полет советского космонавта Ю.А. Гагарина, положивший начало новой, космической Эре, отметившей в 2016 г. 55-летний юбилей, показывает, не только устойчивость, но и противоречивость этого международного сотрудничества, сложность формирования и укрепления тенденции. Было бы весьма важно получить точные ответы на хорошо поставленные вопросы относительно такого формата кочевья [6].

Реальный социум уже сегодня активно дополняется виртуальными социальными системами, которые имеют разные форматы устойчивости. Социальные сети 2.0 еще недавно воспринимались как феномен, дополняющий профессиональные сети, а уже сегодня на каждом сайте есть гиперссылки на список наиболее популярных сетей [7], которые, конечно, отличаются от исторических кочевников, но в ближайшей знакомой реальности они и, скорее всего, похожи на кухню. Можно полагать, что динамичность появления ухода, своеобразного «мерцания» в социальном пространстве становится устойчивым феноменом в поле сетевых коммуникаций. Но пока до сих пор не прояснилась культурно-хозяйственная составляющая этих групп, которая позволила бы приравнять их к традиционным «номадам», закрепить их как самостоятельное явление, играющее значимую роль в развитии человека. Возможно, что происходит формирование начального этапа коммуникаций, которые дают новую качественную характеристику развивающемуся социуму.

В сознание современного человека проникает и все более его захватывает идея передвижения, мобильности, проникновения за пределы, которые положены ему собственной природой. Цифровые технологии становятся в этой ситуации востребованы как способы удаленного проникновения, заглядывания в новые пространства. Например, через фото- и видеорепортажи, описания и впечатления путешествующих – туристов, мигрантов, студентов, которые в своем индивидуальном опыте нередко представляют собой кочевников. Они не обременены хозяйственной деятельностью, как некогда народы-кочевники, но зато мало с чем связаны; могут даже позволить себе динамичное изменение планов и направлений, и, в то же время, физически никуда не перемещаться, находясь просто за компьютером.

Сетевые коммуникации, цифровое виртуальное пространство является расширением и, в определенном смысле, прототипом реально существующего социума[8]. Среди всех объектов, которые можно создать посредством современных цифровых технологий через прототипирование, социальные объекты имеют качественное отличие – они являются открытыми системами, реализующего межиндивидуальные и социальные связи, которые обеспечивают высокую мобильность и расширение целостных систем.

Надо отметить, что прототипирование – суть копирование, повторение, репликация. Подобными практическими задачами, а постепенно, и технологиями их решений занимались фактически все поколения людей, неся данную традицию из глубоких времен. Она, как можно полагать наследуется от биологических предков, процессы воспроизводства которых хорошо описаны в исследовании Ф.Варела и У.Матурана[9], где они рассматривали механизмы репликации в живой природе. Сегодняшние возможности цифровых аппаратов, бесспорно, поставили этот процесс на новый качественный уровень, но создали и новые проблемы, которые невозможно не замечать. Однако их следует понять как предмет для внимательного изучения.

Занимаясь прототипированием объектов, человек сегодня может реализовать задачу на высочайшем уровне точности. В первую очередь в специальной программе сканирования создается трехмерная компьютерная модель материального объекта, которая затем позволяет воспроизвести его многократно, используя самые разные материалы. Столь высокая эффективность искусственных, а не биологических технологий достигнута именно на компьютерных комплексах, позволяющих создать оптимальные режимы работы с материалом. И надо отметить, что объект прототипируется как целостность. Объемный материальный объект сканируется и воспроизводится по периметру, по поверхности, что особенно заметно на электронных голограммных изображениях, которые внутри как бы полые. Более сложные – нематериальные объекты – тоже могут воспроизводиться и в социуме существуют системные механизмы, которые сейчас, на основе цифровых технологий воспроизводят динамичную сеть коммуникаций.

Если рассматривать прототипирование такой целостности как социальный объект, то надо понимать, что в нем должна воспроизводиться основная характеристика – открытость к развитию. Если мы мысленно или в компьютерной программе станем прототипировать такой феномен, как кочевничество, то можем встретиться с весьма большими сложностями. Достаточно обратиться к социальным компьютерным играм, можно сразу заметить, что они занимательны только на первых этапах – сценарии развития отношений увлекают ненадолго, быстро себя исчерпывают и оборачиваются рутинными действиями.

Но, рассуждая о воспроизводстве социальных структур, которые сегодня в цифровых сетях по существу проходят процесс прототипирования, мы часто не замечаем особых различий. Мы как бы не видим, а точнее, абстрагируемся от разницы между материальными и социальными объектами; автоматически полагаем, что основная база последних будет, как и у материального объекта, неизменна. Используемый компьютер, цифровой формат просто повысит возможности каждого члена сообщества в коммуникативном взаимодействии, рас-ширит свободу индивида в поиске самоидентичности и самореализации.
Такая количественная позиция подводит. Так иногда кажется, что базовые, привычные свойства сообщества будут сохраняться, просто у человека появятся новые «игрушки». Заметим, единственно, что устойчиво сохраняется – способность фантазировать в количественных параметрах. Достаточно вспомнить героиню замечательной сказки Валентина Катаева «Цветик – семицветик» [10], которая загадывала желания и напоследок захотела, чтобы у неё было много игрушек, что было волшебным образом исполнено. Мы традиционно предполагаем, что увеличение скорости коммуникаций способно ускорить исполнение желаний человека и увеличить количество благоприятных результатов. Но на поверку оказывается, что это количество оказывается избыточным. Многие с удивлением, как ни странно, обнаруживают, что безмерность хотений превращает прекрасную мечту в свою противоположность. Почему-то мы, обретая новые инструменты коммуникаций и реализуя представления о свободной жизни, обращаемся к нашей детской наивной логике аборигенов…

Всегда стоит задавать себе вопросы, что именно воспроизводится с помощью цифровых технологий. Если это материальный объект, то в этом случае результат будет выражаться в первую очередь количественно, но даже цифровое воспроизводство будет требовать времени, в котором достаточно много легкого, но рутинного труда. Если это системный социальный объект, такой, как номадизм, кочевничество, то достаточно трудно определить, что можно считать результатом, поскольку воспроизводится сетевой тип коммуникации, сохраняющий онтологический принцип открытости системы.

Учиться в пути
Много может дать, если анализ феномена «цифрового» кочевничества, будет рассматриваться с точки зрения изменений субъекта. Ведь социум, какой бы культурной традиции он ни придерживался, всегда должен решать вопрос о возможностях современного воспроизводства своей культурной идентичности, решать социо-технологические задачи бытия как устойчивой самостоятельной системы. Фактически речь идет о научении новому, но для удержания ценностей культуры и ресурсной устойчивости.

Субъектом может быть и индивид, который в цифровом пространстве наиболее динамичен. Это важно учесть, поскольку в первую очередь изменчивость будет происходить в зоне коммуникаций человека. У него есть мотив двинуться в путь, быть готовым к новизне. Он как открытая система наиболее ясно чувствует, что ему нужно искать новое. И практически истиной является утверждение, что «человек учится в пути».

Всякий субъект онтологически открыт, у него есть потенции раскрытия себя. Но базовая причина не мобильность, динамичность, а его выход за пределы своих стандартных связей. Человеку, индивиду, опирающемуся на количество новых артефактов, которые ему приносят извне, надо перейти к другой позиции – созданию собственного интерактивного пространства, где он является для себя точкой опоры. Многим приходится достаточно далеко и немало пройти дорог, пока изменится мироощущение что социум, в котором он прежде существовал, должен вокруг него крутиться по-прежнему. Ребенку необходима свобода. Но это не значит, что все должны его покинуть. Это значит, что он сам должен осуществлять трудный путь: выходить за границы опеки, освобождаться от рутинных отношений, открывая в себе новое знание самого себя. Только такой путь, такая мобильность учит. Именно это дарит новое знание и мироощущение. Возможно, путешественники, а это, как правило, молодые люди, погружаясь в новые красоты мира, постепенно освобождались от привязки к родным стенам, начиная при этом их ценить более высоко. Иногда такая смена сознания происходила в условиях войны, где практически все моментально взрослели, испытав шок от угрозы закрепощения или смерти, и очень остро почувствовав свободу, которая у них уже есть в наличии, но может мгновенно исчезнуть.

Для молодежи такой путь познания, фактически инициация, когда открываются собственные потенции жизни. Что в этом плане могут дать цифровые технологии, мы уже достаточно хорошо знаем – компьютерные игры. Детям очень рано доступны достаточно серьезные психологические состояния потери и обретения, когда они находятся один на один с обстоятельствами, порожденными виртуальной реальностью. Путь ли это, учатся ли они? Иногда приходишь к выводу, что в каком-то смысле цифровые технологии могут дать обратный результат — неокрепшую психику сделать зависимой, когда индивид будет все более нуждаться в опеке и у него не будет никакой мотивации отправляться в самостоятельный путь, жаждать познания. А в компьютерных играх он получает суррогаты самостоятельности.

Основное познавательное событие: не только человек перемещается вдоль недвижных объектов, но и они – вдоль него, как во встречных поездах. В все движется относительно друг друга. Цифровая мобильность ему дает скорость перемещения, но двигается не он, а виртуальная среда вокруг него. Это тоже вполне современный формат цифрового путешествия – на диване, хотя впрочем, оно является усовершенствованной версией невинных телеэкскурсий. Современный молодой человек, погруженный в сетевую коммуникацию, фактически выпадает из общения. Он в определенном смысле тоже абориген – ему виртуальная реальность роднее, чем реальность его дома. Он психологически отделен от семейного пространства, но продолжает сохранять свою иждивенческую позицию, не может, да и стремится строить своего интерактивного топоса коммуникаций [11].

Рассуждая об образовательных перспективах для цифровых субъектов, стоит отметить, что задача развития новых сообществ и человека в том, чтобы субъект не терял своей связи с исходной, природной реальностью, которая сохраняет его идентичность. Необходимо поддерживать расширения человека, о которой говорил М.Макклюен [12], но важно также сохранение его психофизиологической реальности, сенсорных систем взаимосвязи с внешним миром. Цифровые технологии порождают дополнительный формат реального мира – виртуальный. Это информационные потоки текстового, визуального, аудиального, тактильного и др. сенсорных типов. Признавая ситуацию с расширением индивидуального культурного пространства, мы не можем знать, как оно изменится для самого человека. Среда сетевая не только в смысле коннекта, она сетевая в онтологическом смысле – человек отправился в путь и неизвестно куда он придет что для него будет познавательным результатом.

По существу, человек, как и социум, является сложно сбалансированной системой, которая признает, что придется изменяться, развивать новые диалоговые коммуникации, интегрироваться в новые культурные пространства. Уровень интенсивности столь высок, что индивид, по существу, может потерять и себя, идентичность новой среды может оказаться иная. Несмотря на готовность к новизне, к стремительным ритмам изменения человек привыкнуть не успел. Более того, не привыкло и сообщество: оно не знает, как подобные трансформации с потерей идентичности воспринимать. В таком человеке мы можем узнать современного юношу или девушку большого города. Но возможно, что такое состояние сформируется и у тех, кто живет в кочевье.

Поэтому для понимания проблем цифрового кочевничества подобные вопросы, особенно важны, если речь идет об образовании. И кочующее семейство, и сам человек являются субъектами образования. Они могут освоить спутниковые тарелки и трехмерные виртуальные среды, но смогут ли получить современные образовательные услуги – большой вопрос. Информационный поток, особенно в визуальном формате, дает в основном просветительский контент, который, как правило, не систематизирован, что вполне удобно для динамичного восприятия; может быть даже приобретен, как продукт на рынке, но компетенций сформировать не способен [13].

Образование, в отличие от просвещения – имеет иные задачи. Воспроизводство образовательного процесса требует выделения предмета и сосредоточения на нем, усвоения внутренней системы этого знания, каким бы оно ни было – гуманитарным, естественно-научным, техническим. И мобильность, и миграционные передвижения, и трансформационные процессы, которые соразмерны динамичности как таковой, позволяют человеку взять материал только в определенных рамках – ненапряженного схватывания. Как правило, это формат, который человеку уже, как слышание звука, заранее доступен, поэтому кажется понятен и известен – который в процессе восприятия ложится на психофизиологические возможности без противоречий.

Просвещение – пролог к успешному обучению. Иными словами, быстро воспринимается, а значит, изучается то, что уже достаточно хорошо знакомо. А проникновение вглубь, нахождение проблем и последующих решений образовывают процесс практического постижения предмета, обретения знаний и компетенций. В процессе образования человек как субъект становится автором порождения новых знаний, носителем соотношений собственной индивидуальной системы восприятия с природными и культурными реалиями, которые и становятся предметом понимания. Каждый человек может совершать своеобразное переоткрытие давно известного, но не понимаемого ранее им лично. А при открытии новых аспектов обычного, будут порождаться новые связи и соотношения, которые проявятся как более интенсивные. Много чудес открывается любопытному уму.

Одновременно обнаруживает себя проблема языка – как предать другому то, что ты видел, понял, а другой, с которым человек вступает в коммуникацию, не видел и, соответственно, понять может только через интерпретацию. Особенно это актуально для тех, кто имеет особые способы восприятия, живет в другом отношении с внешним миром, режиме коммуникации в связи со своим состоянием здоровья (ОВЗ). В данном случае цифровые технологии позволяют человеку создать новые инструменты коммуникации, поддерживая возникающее более широкое многообразие, чем и живет природа; изобретать инструменты воссоздания (прототипирования) живого природного процесса, усиливая как свою собственную, так и природную устойчивость. Профессионализм и компетенции в этом деле возможны только при создании устойчивого образовательного пространства, развитии и воспроизводстве опыта всеобщего системного обучения.

Список литературы
[1] Музей имени И.В.Цветаева является подразделением Государственного музея изобрази-тельных искусств имени А. С. Пушкина (ГМИИ им. А. С. Пушкина), носившего с 1912 г. имя «Музей изящных искусств имени императора Александра III при Императорском Московском университете». Коллекции того времени, состоявшие из скульптурных слепков и копий с классических произведений мирового искусства сейчас расположены в корпусах Российского государственного гуманитарного университета, к которым студенты имеют открытый доступ, а все желающие могут прийти в этот музей и познакомиться с его экспозицией.
[2] Сергей Викторович Кувшинов, к.т.н., доцент, проректор МГТУ «СТАНКИН», директор Международного института новых образовательных технологий РГГУ, директор учебно-научного центра перспективных медиатехнологий МИНОТ РГГУ, директор STEM центра МИНОТ РГГУ Константин Викторович Харин.
[3] Ярославцева Е.И. Проблема экспертизы в образовательных коммуникациях. // Сб. Чело-век вчера и сегодня. Вып.4. – М.: ИФ РАН, 2010. С. 204-222.
[4] Примечание: подобные проработки некоторым образом продвигают к решению проблем инклюзивного образования, когда человек с ОВЗ мог бы, избегая избыточных для него уси-лий, познакомиться с достаточно широким кругом явлений культурного пространства, прак-тики жизни.
[5] Словарь Академика: Что такое «номадизм», кочевничество. dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/1067374 (дата обращения 09.06.16).
[6] Эти проблемы требуют более серьезного изучения, рассмотрения через призму их гло-бального характера, что уже переводит данное космическое сообщество за пределы «коче-вья». Однако, все в мире, а тем более, в космосе, относительно.
[7] Примечание: Сотни блогосфер, известных и малоизвестных сетевых сообществ, как «од-ноклассники», «твиттер», «вконтакте», «мой мир» и пр. сегодня собирают молодежь и дру-гих представителей социума, ведущих активное общение, а также формирование настроений, отношения к наиболее резонансным, популярным событиям. Формируются и профессиональные группы: HeadНunter (рекрутеры), Нt-line (психологи) и др., государственные порталы, где успешно используются средства динамичной цифровой коммуникации. См.: Каталог социальных сетей www.social-networking.ru/soccat (дата обращения. 09.06.16.)
[8] Интересно, что прототипом является как оригинал, послуживший основой для рождения образа, так и собственно этот первообраз, с которого делаются другие копии. См.: «Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка». Материалы для лексической разра-ботки заимствованных слов в русской литературной речи. Составлен под ред. А. Н. Чудино-ва. Издание третье, тщательно исправленное и значительно дополненное (более 5000 новых слов) преимущественно социально-политическими терминами, вошедшими в жизнь в по-следние годы. СПб., Издание В. И. Губинского, 1910; а так же: «ПРОТОТИ́П, прототипа, •муж. (лит.). Первообраз, оригинал, первоначальный образец; действительное лицо, послу-жившее автору для создания литературного типа, а также литературный тип, образ, послу-живший образцом для другого автора». Большой толковый словарь современного русского языка. Д.Н. Ушаков См.: Словари и энциклопедии на АКАДЕМИКЕ dic.academic.ru/searchall.php?SWord=%D0%9F%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%BF&from=xx&to=ru&did=&stype (Дата обращения 09.06.16)
[9] Ф.Варела и У.Матурана «Древо познания» / Перевод с англ. Ю.А. Данилов. Изд-во: Про-гресс-Традиция, Москва, 2001
[10] Валентин Катаев. Цветик-семицветик. – Москва, «Малыш», 1987 г. См.: fanread.ru/book/5783500/ (Дата обращения 09.06.2016)
[11] Сетевые перспективы. Интерактивные коммуникации и системные IT технологии в современном российском образовании. Вып. 1. // Коллективная монография. Отв. ред., науч. редакция Е.И.Ярославцева. – М.: Издательство «ИНЭК», 2007. 176 с. – 17,5 п.л.
[12] Маклюен Г. М. Понимание Медиа: внешние расширения человека. Understanding media. – М.; Жуковский: «КАНОН-пресс Ц», «Кучково поле», 2003.
[13] Человек в цифровом пространстве – допуск к образованию или просвещению? Man in the digital space — access to education and awareness? / Доклады и материалы. Симпозиум «Высшее образование и развитие человека». ХII Международная научная конференция «Высшее образование для XXIвека» (3-5декабря 2015 г.) Издательство МосГУ, 2015. С. 27-36.
  • 0
  • 0

(0) (0) ()

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.